texasec


Владимир Романовский (Техасец)

литератор, художник, артист


О литературе, музыке, живописи, архитектуре, истории, политике, женщинах, опере, сексе, Париже, древних Греции, Риме и Руси, о Нью-Йорке, о людях, об интересных людях, об очень интересных людях.

[sticky post]ЖЕЛАЮЩИМ ПОМОЧЬ МОЕЙ ЛИТЕРАТУРНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
texasec
«Добронежная тетралогия» - первый эксперимент такого рода в русской литературе.

Многие мои читатели хотели бы, чтобы я закончил тетралогию, действие которой происходит в Киеве, Новгороде, Константинополе, Париже, Риме, Гнезно, Сигтуне, Полоцке, и других значительных городах и весях Европы, в одиннадцатом веке. Первые два романа напечатаны в ЭКСМО, а также отдельно мною на Амазоне (и в бумажной версии, и в системе киндл). Третий наличествует на Амазоне (и бумажный, и электронный). Романы такие -

«Добронега» (для русскоязычных читателей к востоку от Бреста - «Варанг Смоленских Кровей»)

«Хольмгард» (для русскоязычных читателей к востоку от Бреста - «Дело Рагнвальда»)

«Польское Наследство» (для русскоязычных читателей к востоку от Бреста - «Париж, Киев, и Польская Корона»)



Четвертый роман, «Альварова Хартия», пока не написан. Московские и питерские издательства платят невероятно мало - затраты труда (немалого, ибо я добросовестный исторический романист) и времени не оправдываются совершенно. Поэтому я прошу тех, кто хотел бы видеть этот роман законченным, читать его, и получать от него радость, перевести какие-то деньги, на данный счет (см. ниже).

Это абсолютно честная коммерция в незамутненном виде. Читатели платят мне, чтобы я написал роман. В обход посредников. Как только на счету наберется нужна сумма (чтобы я мог оторваться от текущих дел и заняться написанием романа, т.е. сносно жить месяцев пять), счет будет тут же закрыт.

Пояснение для тех, кто с тетралогией незнаком. Тетралогия эта является на данный момент единственным НОРМАЛЬНЫМ (не китчевым, не лубочным, не идеологическим, не чернушным) историческим повествованием в романном жанре в русской литературе.

Абсолютно НИКАКОГО отношения к жанрам вроде «фентези» и «альтернативная история» тетралогия эта не имеет.

Повторяю - ЕДИНСТВЕННЫМ.

Банковской карточкой или кредиткой:







Мои видеороссказни, видеобайки, и видеоповести, а также все книги, написанные по-русски, возлежат и ждут вашего внимания на моем сайте http://vladimirromanovsky.com

Ура!

Специально для сомневавшихся
texasec
В основном для amigofriend. А то он поисковиком находил какую-то мою запись о «Тристане», вместо нужных моментов.

В видео тридцать секунд и две мелодии. Первая - народная, вторая - Дунаевского. Во второй нот больше. А так все одинаково. Это не в упрек Дунаевскому. Дунаевский талантливый был парень, писал порою блистательно. Но такие вот заскоки у него бывали. И за грех не считал. Они и у Чайковского бывали.

Не вставляется, сука.

Счас еще раз попробую -



О Некоторых Добровольных Администраторах Википедии
texasec
Статью эту я написал для «Истоков», номер со статьей только что вышел. «Истоки» курирует husainov, а он взыскателен и строг, одевается элегантно, и, несмотря на врожденное благодушие, к развязности и дурным манерам относится с подозрением, поэтому статья не содержит ни одного матерного слова, читайте смело. Источник истоковый здесь:

http://www.istoki-rb.ru/index.php?article=5401

Есть на свете люди, которых с самого раннего возраста, с младенчества еще, интересуют деньги. При этом нумизматами они не являются. Интерес к деньгам у них примитивный, стихийный, на уровне «хорошо было бы, если б были» или «хорошо бы было, если бы денег было больше». Думаю, что таких людей большинство и, думаю, большинство читателей данной заметки к ним тоже относится. Поэтому их должен заинтересовать такой вот вопрос: можно ли зарабатывать деньги с помощью Википедии?

На первый взгляд, вопрос этот абсурдный. Википедия – справочник. Безусловно, новаторский, к тому же – самый популярный справочник всех времен и народов. Объем информации, содержащийся в Википедии, превосходит объем всех энциклопедий мира в несколько раз. Википедия содержит важные данные обо всех и обо всем. Если в поисковике набрать что-нибудь, о чем есть статья в Википедии, ссылка на эту статью выскакивает первой же строчкой. Реже второй. Википедию обожают все поисковики мира.

При этом статьи для Википедии пишут исключительно добровольцы, бесплатно. Редактируют тоже добровольцы. Дополняют тоже. Снабжают иллюстрациями и ссылками. Переводят на все имеющиеся в наличии наречия просвещенного мира. Аккуратно связывают в индексе статьи по языкам. Бесплатно. И пользуются ею, Википедией, тоже бесплатно. Все бесплатно. Как при коммунизме.

Так каким же способом можно с помощью Википедии заработать, помилуйте?

А очень просто. Сперва нужно что-нибудь такое создать, что понравилось бы людям, и за что люди готовы были бы платить деньги. К примеру, написать книгу, которая вдруг да и понравится многим. Или даже две книги. А еще лучше десять, и, желательно, на все вкусы. И продать некоторое количество этих книг через Амазон. После этого нужно, чтобы кто-нибудь написал о вас статью в Википедию. Это несложно: статью может написать кто угодно, любой представитель просвещенной общественности, который какие-то ваши книги прочел и ими проникся восторженно. В принципе, это все, что нужно сделать.

После этого любой человек, набирающий ваше имя в поисковике, сразу попадает на статью о вас в Википедии. И именно в этой статье найдет он все нужные ему ссылки, и поймет моментально, где можно ваши книги купить. Иной раз возьмет да и купит! (Более того. Благодаря статье в Википедии в поисковике выскакивают ссылки собственно на Амазон, а также на ваши статьи в разных изданиях, и на любую другую вашу деятельность. Без статьи в Википедии поисковик выдаст, того гляди, кучу пиратских контор, где лежат украденные у вас книги – а это соблазн). Один купит, другой купит, за месяц, глядишь, и набежит какая-то сумма, пусть и комическая, но все-таки – деньги.

Преимущество такой книготорговли состоит в том, что Амазон платит автору за каждый проданный экземпляр, в отличие от российских издательств, которые не платят вообще никому, это такая новая мода, или платят столько, что лучше бы не платили.

К примеру, есть литератор Тарас Бурмистров. Живет он в Питере, пишет книги и эссе на разные жизненные темы. Когда книг набралось значительное количество, решил он некоторые из них поместить на Амазон. И что бы вы думали? Начали книги слегка продаваться. А с появлением статьи в Википедии и вовсе стабильно продаваться они начали. Настолько стабильно, что Бурмистров побил все рекорды по продаже русских книг на Амазоне в своем жанре. Нет, понятно, Россия страна бедная, поэтому цена каждой книги не очень высокая. Бурмистров не зарабатывал продажами. Но стал себе позволять некоторые вещи, которых ранее не позвлял – пиво, новый торшер, мелочь какую-то, телефон себе купил получше, чтобы читать было удобнее в метро и несколько улучшил питание. Вот ведь какие чудеса случаются с помощью Википедии и статей в ней же!

А чем не чудо, ребята, а? Человек пишет книги и продает их читателям напрямую, без посредников – и доход, пусть комический, но – постоянный. Иные думают, что это в наше время невозможно. Что литератор должен непременно тусоваться, мелькать в телевизоре, лицемерить и делать умильное лицо, давая престижным изданиям интервью, посещать чьи-то дни рождения, называть всех гениальными, сидеть в жюри безумных конкурсов, чтобы зарабатывать на жизнь. Ан нет, не всегда. Иногда, оказывается, можно просто писать и получать деньги напрямую, от самих читателей. Чудо!

Но чудеса бывают разные. Как говаривал господин Гарибальди.

К примеру, в Википедии принято за выслугу лет или какие-нибудь экстравагантные подвиги давать статус администратора. Разумеется добровольного администратора, бесплатного. Администратор имеет право не только править статью, но и рекомендовать ее к удалению к чертовой бабушке, ежели она ему, администратору, показалась несостоятельной, если предмет, в ней описываемый, не имеет в понимании администратора достаточной значимости, чтобы числиться в славных рядах энциклопедически достойных.

Я написал в Википедию во время оно несколько дюжин статей, и такой статус у меня был, но не в этом дело.

Талантливый или состоявшийся литератор, чем лазить да высматривать, не удалить ли ему кого-нибудь, лучше сядет и напишет что-то новое. А композитор сочинит, а художник нарисует, а архитектор спроектирует, а ученый, чем тратить время на удаление статьи, станет вдруг думать об особых сочетаниях генов, или о химическом составе далекой звезды, или о новейших источниках энергии. Или фильм посмотрит, или книжку почитает. А люди, у которых таланта мало, а свободного времени много, да именно такие люди и занимаются удалением статей о коллегах. Бесплатно. Без всякой видимой выгоды.


И вот приходит такой экземпляр, по имени Андрей Романенко, а может Дмитрий Кузьмин (ходят слухи, что это один и тот же человек) и убирает из Википедии статью о Бурмистрове. «Ибо нефиг».
Доходы от книг у Бурмистрова тут же начинают падать, но это, наверное, несущественно. Мало ли какие люди искусства когда и в каких странах нищенствовали. Подумаешь!

Но почему-то мне стало интересно, кто такой этот Кузьмин или Романенко. А вдруг он автор блистательных стихов, не уступающих по степени владения техникой, не говоря уж о содержании, стихам самого Майкова или даже Мандельштама? Или же, к примеру, он прямой продолжатель веристов и написал только что оперу, сравнимую с лучшими работами Масканьи? Или на худой конец, сочинил человек эпохальный роман, в связи с чем его следует прямо сейчас провозгласить прямейшим наследником Филдинга или Гончарова? Может, я не прав. Может, все хорошо у Кузьмина-Романенко и с талантом, и с карьерой, просто решил он Википедию привести в христианский вид, почистить, поправить, ибо переживает за дорогой сердцу справочник.

«Не соответствует критериям», так о Бурмистрове написал Кузьмин-Романенко.

Есть ли у Бурмистрова публикации в «настоящих» издательствах (которые давно никому не платят)? Да, есть. Есть ли у него статьи в «настоящей» периодике (которая иногда, с большим скрипом, платит)? Да, есть. Получает ли Бурмистров деньги за свой труд, как литератор? Да, получает, квинтанции может предъявить (Амазон – вещь фантастически надежная в этом смысле, квитанции не теряет при переезде в новое здание).

Мешала ли статья о Бурмистрове в Википедии карьере Кузьмина-Романенко? Вроде бы нет. Влияла ли негативно статья о Бурмистрове на доходы Кузьмина или его друзей и близких? Тоже нет. Ни на чьи доходы, кроме собственно доходов Бурмистрова, она не влияла. Висела себе в Википедии около года. Кушать не просила.

Так чем же руководствовался господин Кузьмин, или Романенко, стирая статью о Бурмистрове – уничтожая попутно труд тех, кто ее писал, при этом, в статусе администратора, занося сочетание имени и фамилии «Тарас Бурмистров» в файл, согласно которому статья с таким названием («Тарас Бурмистров») НИКОДА БОЛЬШЕ НЕ СМОЖЕТ появиться в Википедии? (Имеется в виду, наверное, что даже если Бурмистрову дадут Нобелевскую Премию по литературе, а потом еще и по физике, статьи о нем в русской Википедии не будет. В шведской будет, в английской будет, в немецкой, датской и итальянской будет, да и в японской, а в русской – не бывать этому!)

Тут имеет место мелкая пакость со стороны человека, не очень уверенного в своем таланте. Это очень модно стало последнее время в Википедии, американцы даже название придумали – deletionism. Обозначает, помимо прочего, страсть к убиранию статей. Американский романист Никольсон Бейкер отмечает: «Есть сегодня в Википедии хамы, которым доставляет удовольствие уничтожать и осмеивать работу других людей […] Они напихивают в статьи предупреждения, требования цитат, предложения стереть статью, и делают это до тех пор, пока статья из Википедии не исчезнет».

Вообще-то мелкие пакости, хоть и неприятны, но – мелки. Особых неудобств не доставляют. Не так ли?

Не всегда. В случае статьи о Бурмистрове это не так. Ибо человека вот так вот, за здорово живешь, лишили части вполне реального дохода. На языке понятно кого это «не по-пацански», а на языке обычном – хмм... скажем, почему-то слово «подлость» приходит на ум.

Каков Бурмистров, как литератор? Объективных критериев нынче нет никаких, литературная критика как жанр спит уже не первое десятилетие. Нобелевские премии выдают непонятно кому, издательства печатают непонятно кого и зачем, и как они удерживаются на плаву – головоломка. Критические и хвалебные статьи пишутся и публикуются под копирку – непонятно о ком, и страдают при этом невнятностью. Люди, читающие книги, не знают, в каких именно выражениях нужно делиться о прочитанном со знакомыми, и поэтому не делятся совсем. Приходится полагаться только на себя. Что ж, скажу.

Некоторые вещи Бурмистрова мне безумно нравятся, некоторые нравятся меньше. У него всякое есть, на любой вкус. А также он сочиняет музыку для органа, и сам же ее исполняет, такой вот он оригинал, и многим очень нравится. Также, он ведет блог, в котором меня лично регулярно радует эффектными фразами с тонким мрачноватым юмором – а иногда просто с юмором. Только Бурмистров может сказать «От наших журналистов у меня вянут последние уши». Я расплескал чай и минуты две ржал как ненормальный, прочтя эту, открывающую заметку, фразу. Называется это... хмм... ну, скажем, «обаятельный стиль письма».

Статья о Дмитрие Кузьмине в Википедии есть, к слову сказать. Наверное, справедливости ради, следовало бы в нее добавить, в назидание потомкам, «Известен также тем, что удалил из Википедии статью о Тарасе Бурмистрове».

Зная кое-что о характере Бурмистрова, я бы назвал его сгоряча бессребреником, если бы не знал совершенно точно, что его, как и меня, да и, что греха таить, многих из вас, дамы и господа, интересуют деньги, причем интересуют давно. И вовсе не потому, что мы нумизматы, а так – за свет заплатить, купить еды какой-нибудь, ботинки потерлись, надо бы новые приобресть. И бывает очень неприятно, когда их, денег этих, не хватает. Бурмистров писал книги и получал от читателей деньги, но пришел человек, именующий себя поэтом, и на гладком совершенно месте, и бескорыстно, лишил Бурмистрова дохода. Людей таких, как этот поэт, на свете множество, но, признаться, всякий раз они меня удивляют деяниями своими. Искреннее недоумение вызывают. Зачем?

Выразить возникшую мысль
texasec
Ребята, это юмор такой. Даже не сарказм. Даже не ирония! Я всегда прикалываюсь (в питерском классическом просторечии - стебаюсь) по-доброму. Душевно. Я вас всех люблю. Не смотрите волком, от этого насморк делается. Ну честное слово это просто юмор, никакого оскорбления там нет.

Владимир Романовский. БУЛГАКОВ И БЕНДЕР
texasec
Вполне возможно, что романы об Остапе Бендере написаны не Ильфом и не Петровым. Знатоки говорят, что для них это слишком хорошо.
 
Действительно, когда, к примеру, читаешь их «Одноэтажную Америку», все время наличествует ощущение провинциальности авторов, страсть к иронизированию над тем или иным предметом, не будучи с предметом знакомыми, хамоватое желание показать класс и превосходство. В «Одноэтажной Америке» всё противно – и люди, и описания, и сами авторы, и очень неприятен прокол с музыкой.
 
(А было так. Жил-был на свете музыкант, любивший морочить публике голову – беззлобно, смеха ради. Вот он играет концерт, два отделения. В первом играет вальсы Ланнера, Штрауса, возможно даже Кальмана, и публику этим радует. Во втором отделении он играет вальсы собственного сочинения. Тут его заезжие писатели и приложили. Мол, зачем же это. Прекрасный, мол, музыкант, так хорошо играл Штрауса, а во втором отделении вдруг решил, что он тоже композитор недюжинный, не хуже, чем Штраус, и начал играть свои ... как это у них? ... «Вальсики и бостончики». Козел он, музыкант этот. Что и говорить. Козел! И, разумеется, пошляк.
На поверку оказалось, что первое отделение было мистификацией, и все блистательные опусы Ланнера и Штрауса, в нем сыгранные, сочинил на самом деле этот же музыкант. Ильф и Петров ляпнули не подумавши. В музыке, судя по всему, они ничего не понимали. В отличие от Булгакова, который разбирался в музыке неплохо. Не блестяще, а просто – джентльменский набор. Ну, понятное дело, «Фауст» - куда ж дьяволисту Булгакову без «Фауста» - разумется «Аида», легкое презрение к все еще новомодным веристам, и тем более к их последователям-опереточникам, и так далее).
 
К слову сказать, в литературных своих вкусах Булгаков тоже вполне консерватор, оценивает литературу не по принципу «мне нравится, потому что ... », а - «так принято говорить и думать в интеллигентном кругу». Мольер – сила (к тому ж дьяволист), а Дюма – разумеется легкое чтиво. Так надо, иначе неприлично. («Похож на капитана мушкетеров у Дюма ... Как его звали? Не помню ...»)
Несмотря на консерватизм, Булгаков тем не менее обладал хорошим вкусом и нигде в своих опусах не опускался до пошлости. (В представлении же Ильфа и Петрова, равно как и автора романов о Бендере, кто бы он ни был, пошлость – это когда матом ругаются или сиськи обсуждают).
Безусловно у Булгакова и всех его русских современников есть много общего в том, что и как они писали. Как не быть. Все они, или почти все, были членами одной тусовки. Все они видели и слышали одни и те же сцены – и на улице, и в магазинах, и на заседаниях. Смотрели одни и те же фильмы в кинематографе, читали одни и те же газеты. Разумеется, те, кто посмешливее, пародировали одни и те же расхожие фразы, названия, аббревиатуры, имена-отчества, фамилии. Все слышали романс «От Севильи до Гренады», все впечатлялись «достижениями науки» того времени, Эйнштейном, четвертыми-пятыми измерениями, дутыми изумрудами, все дружно презирали Кальмана с его Марицами и Баядерами (что несправедливо и даже глупо, но, опять же, так было принято в «просвещенной» среде). А также – все были подвержены влиянию самого Булгакова, как самого обаятельного. Те, кто знаком с ранними рассказами Булгакова, могли бы предположить, к примеру, что он и за Зощенку писал тоже, а не только за Ильфа и Петрова, почему нет. Похожи стили, похожи ситуации, похожи характеристики. И одни и те же невзгоды – лампы в сорок свечей, воротнички, не на что купить приличный костюм, негде помыться, нет нормальных ботинок, в трамвае давка, а тут еще Сталин со своими глупостями и ГПУ со странностями.
Словом, ежели взять да и окинуть взглядом все произведения московской литературной тусовки тех лет, то и окажется, что «тогда все так писали».
Но при этом Булгаков, конечно же, выделяется на общем фоне.
Во-первых потому, что он самый талантливый.
Во-вторых потому, что у него фантастически легкий повествовательный стиль, и очень подкупает его манера общаться с читателем на равных, задушевно. («Можно так сказать? Можно, я вас спрашиваю?») Зощенко хохмит, Ильф и Петров читают лекцию, пытаются просвещать, а Булгаков – болтает с друзьями, чего-то им рассказывает из того, что его недавно впечатлило. Иронизирует, подмигивает, и тем не менее – все свои, вся аудитория. Друзья и собутыльники, четвертая стенка отсутствует начисто.
 
В третьих потому, что у Булгакова хороший вкус, и в его реверансах властям нет даже намека на искренность. Есть желание ее, искренность, изобразить, но ему самому желание это смешно. Ну как если бы Гоголь или, даже лучше, Островский, попытались бы чего-то там ... верность государю величеству императору ... в этом и состоит главный долг жителя великой нашей самодержавы ... э ... правительство заботится обо всех очень часто ... и так далее. А уж и кстати – начало, скажем, «Женитьбы» Гоголя – очень легко спутать с любым из зрелых опусов Островского. Уж не Гоголь ли за Островского писал «Не все коту масленица»?
 
Дело также еще и в том, что Булгаков – не писатель, а рассказчик. Лично я признаю это со скрипом – мне Булгаков не нравится, меня он раздражает – но, объективности ради, следует отметить эту его особенность. Писателей много. Рассказчиков рождается несколько человек на столетие во всем мире.
 
Рассказчику все равно, в каком жанре работать. Он может выбрать драматургию, или беллетристику, или путевые заметки, или эпическую поэзию, а может просто трепаться в теплой компании, и всегда у него будет получаться именно рассказ. Роман-рассказ, пьеса-рассказ, поэма-рассказ, эссе-рассказ, монография-рассказ. Это такая особая лига – рассказчики. Мольер – безусловно драматург, без примесей, и ему не захотелось бы, к примеру, написать роман. А вот Шекспир – рассказчик. Идеальный рассказчик по сию пору, несмотря на огрехи - Дюма-старший. Первый рассказчик, отмеченный историей – Гомер. У Гомера сюжет, архитектоника, характеризация, и так далее – всегда на втором плане. А главное – трёп. Вполне дружеский. Иногда заковыристый. Но всегда доверительным тоном.
 
Каким бы сильным не было влияние Булгакова на всех окружавших его литераторов, все они – писатели. Кто-то лучше, кто-то хуже, в основном посредственно, а рассказчик один – Булгаков. Очень талантливо мелет языком, имея при этом хороший вкус и сносное общее образование. Завораживает.

Романы о Бендере написаны писателем или писателями. Не рассказчиком.
 
Безусловно Бендер списан с Аметистова из «Зойкиной Квартиры». Но он - ухудшенный вариант Аметистова. Аметистов – обаятельный проходимец. Бендер – неприятный, отталкивающий проходимец. Безусловно «Воробьянинов» появился из «Обольянинова», из той же пьесы, и даже со сходной биографией. Но образы очень разные. Булгаков иронизирует широкой кистью, ему все забавно, но при этом всегда забава эта сочувственна. Автор романов о Бендере издевается мелочно, мстительно.
 
Теперь о стиле – это самое трудное в наше время. Вернее, ничего особенно сложного нет, но в связи с потерей преемственности в литературе сегодняшнему читателю трудно в таких вещах разбираться. Это как со стихами. Однажды один просвещенный, по его собственному мнению, человек сказал мне, что Пушкин был хорош для своего времени, а нынче каждый так может. И уточнил – писать стихи четырехстопным ямбом. Я попросил продемонстрировать, и минут через двадцать мне были представлены несколько строк. И дело не в том, что о благозвучии (это технический термин) человек этот, несмотря на просвещенность, не имел ни малейшего понятия, а в том, что он искренне считал, что написал стихи.
 
Ведь в стихах главное что? Ну, типа, смысл. Как и в прозе. А также фразы очень важны, сочетания некоторых слов с некоторыми другими словами.
Это я слегка издеваюсь. Но и правда в этом определении есть, только определении не стихов или прозы, а – журналистики. Это именно так - смысл да сочетания некоторых слов. Но литература – не журналистика.
А человек этот искренне думал, что именно стихи написал, и нисколько не хуже Пушкина.
Ну так вот, самое главное:

Тяжеловесность текста в романах о Бендере не смущает, вроде бы, поклонников этих книг – они ее не замечают. Меж тем в тексте этом все натужно, надуманно, будто автор или авторы, представляя себе ту или иную сцену, пытались припомнить, на какие именно детали обратил бы внимание Булгаков, и детали эти пытались иронически описывать – опять же, как Булгаков, с трудом подбирая нужные – как им казалось – слова и безнадежно усложняя и так тяжелую, искусственную конструкцию предложений, отчего порой конструкция эта выходила кособокой, настырно литературной, уныло-писательской. При этом у автора или авторов начисто отсутствует чувство повествовательного ритма, что очень затрудняет чтение. Вот наугад начало главы:


Когда Остап вернулся в гостиницу "Карлсбад" и, отразившись несчетное число раз в вестибюльных, лестничных и коридорных зеркалах, которыми так любят украшаться подобного рода учреждения, вошел к себе, его смутил господствовавший в номере беспорядок. Красное плюшевое кресло лежало кверху куцыми ножками, обнаруживая непривлекательную джутовую изнанку. Бархатная скатерть с позументами съехала со стола. Даже картина "Явление Христа народу" и та покосилась набок, потерявши в этом виде большую часть поучительности, которую вложил в нее художник. С балкона дул свежий пароходный ветер, передвигая разбросанные по кровати денежные знаки. Между ними валялась железная коробка от папирос "Кавказ". На ковре, сцепившись и выбрасывая ноги, молча катались Паниковский и Балаганов.

В этом абзаце все неприятно, искусственно, трудно. Нет булгаковской легкости, необязательности, любви к слову и к читателю и слушателю. Но, повторяю, из-за потери преемственности это очень, очень сложно понять.
 
В дополнение ко всему вышесказанному обращу, пожалуй, внимание читателя на забавную деталь:
 
- Уйди, уйди, тебя я ненавижу, - продолжал Васисуалий, раскачиваясь, как старый еврей на молитве.
Сравнение сделано походя, никаких еврейских вопросов в данной главе нет, просто мимоходом отмечено, для смеха. Не чуждый еврейских тем, Булгаков, тем не менее, так вот, впроброс, написать не мог – в голову бы не пришло. Это написал человек, который в какой-то момент жизни лицезрел старых молящихся евреев часто – либо родившийся в еврейской среде, либо соприкасавшийся с нею плотно по каким-то причинам – вплоть до работы электриком в синагоге. Во время издания романов о Бендере увидеть старого молящегося еврея со стороны можно было не то, чтобы очень часто. Помимо этого, пренебрежительное отношение к старым молящимся евреям, да еще таким образом озвученное, не свойственно Булгакову, который сам евреем не был, да к тому ж имел хороший вкус. Вне зависимости от того, как Булгаков относился к старым евреям, до мелочного хамства он не опускался никогда, мешало хорошее воспитание.
Совсем недавно еще ходили слухи, что по крайней мере часть поэмы «Лука Мудищев» написана Пушкиным. Удивительного в этих подозрениях ничего нет, ведь действительно, написан опус четырехстопным ямбом, то есть, излюбленным размером Пушкина, и некоторые обороты очень похожи, да и, в конце концов, в поэме есть самые настоящие поэтические находки. Ну вот, к примеру (лишнее я выбросил из фрагмента) –
Мудищев именем Порфирий
Ещё при Грозном службу нёс
И, поднимая хуем гири,
Порой смешил царя до слёз.
Другой Мудищев звался Саввой,
Петрово дело защищал,
И в славной битве под Полтавой
Он хуем пушки прочищал.
При матушке Екатерине,
Благодаря своей махине,
В фаворе был Мудищев Лев,
Блестящий генерал-аншеф.
Но все именья, капиталы
Спустил Луки беспутный дед,
И мой Мудищев, бедный малый,
Был нищим с самых юных лет.
Судьбою не был он балуем,
И про него сказал бы я:
Судьба его снабдила хуем,
Не дав в придачу ни хуя.
Понятно, что не Пушкин, хотя бы по словам и строчкам, притянутым за уши ради размера или рифмы. Фразеологическая нестыковка в четверостишии про Савву («и» вместо «как вот, к примеру»). «И про него сказал бы я» - а чего это вдруг «сказал БЫ», ежели уже говоришь? А потому что дилетантство. Или недостаток таланта. Или и то и другое вместе.
Да, но при этом «При матушке Екатерине ...» - блистательная строчка. Строчка-образ, подразумевающаяя знание читателем истории – и еще много разного помимо истории. Если сделать после нее паузу, слушатели начнут грязно улыбаться – следовательно, представили себе. «При матушке Екатерине ...» При этом слова и слоги так удачно в строчке этой сочетается, что кроме как нарочито-многозначительным тоном, прочесть ее нельзя. И таких строчек в «Мудищеве» несколько и, возможно, они сбивали, или все еще сбивают, людей с толку. Для дилетанта строчки эти слишком хороши. «Наверное», думает читатель, «это все-таки Пушкин».
Будь «Лука Мудищев» раза в четыре длиннее, думаю, можно было бы с карандашом в руке выбрать из него достаточное количество похожих на Пушкина фраз и сравнений, чтобы по крайней мере заставить кого-то засомневаться – вдруг действительно Пушкин? Может, не сам писал, но как-то поучаствовал, дополнил, доделал?
Откуда возьмутся такие фразы? А очень просто. Писано в России, в девятнадцатом веке, человеком, читавшим Пушкина внимательно. Только и всего.
 
Ильф и Петров – или не они, но во всяком случае автор романов о Бендере – безусловно и читал, и слушал Булгакова очень внимательно, и жил с ним по соседству – и в Москве, и, возможно, ранее, на юге, и видел те же картины, и читал те же надписи. Похоже, но не тянет. Федот-то может и Федот, а все-таки.

Из новостей
texasec
Патриотичные внутри
И стойкие морально
Всю ночь кричали скобари
И писали на пальму.

Стансы
texasec

Об аббревиатурах
texasec
Употребление аббревиатуры «РПЦ» - всегда дурной тон и, в некоторых случаях, дичайшая пошлость. А вовсе не выражение пренебрежительного отношения, как считают разного толка скобари, склонные эту аббревиатуру употреблять.

Переулок с тупиком в Трастевере (это такой район в Риме)
texasec
Решил поэкспериментировать с первозданным, естественным импрессионизмом (мой импрессионизм романтический, иллюстративный). Лучше бы маслом делал - акрил располагает к размазыванию и смазыванию.



Еще размышления
texasec
Не дать ли премию тебе, злодей?
Благотворительные фонды ждут повсюду.
Сказал я честно: никуда перечислять не буду,
И всё потрачу на блядей.

?

Log in